Архитектурное наследие

Говорят, что на месте нынешней площади Революции когда-то располагалась обширная лесная поляна с озерцом посередине. Вокруг густой стеной стоял лес, в ветвях деревьев пели птицы, нет-нет, да и выбегал на поляну заяц. А в озере отражались облака, которые и двести лет назад так же, как и сегодня, плыли над Самарой.

В середине 19-го века эта площадь имела квадратную форму. Она была окружена каменными домами, а посередине её находился деревянный гостиный двор, к которому примыкали многочисленные лавки и навесы. В лавках торговали мукой, хлебом и разным щепетильным товаром, как раньше называли галантерею. Называли площадь по-разному – Торговой, Хлебной, Панской и только с конца 1850-х годов она превратилась в Алексеевскую, по имени небесного покровителя Самары митрополита Алексия.

В 1856 году в Самаре случился один из тех страшных пожаров, в которых часто погибали целые городские кварталы. В огне пожарища сгорели все базарные постройки, которые решено было не восстанавливать. Отныне базар перевели с этой площади в район сегодняшнего Троицкого рынка, а за этой площадью постепенно закрепилось значение административного центра города.

С этого момента начал складываться современный облик площади, знакомой всем самарцам. Прежде всего, на площади установили 12 больших спиртовых фонарей и вымостили её известковым ширяевским камнем, сквозь который то там, то здесь пробивалась «птичья гречиха». 

В северо-западном углу площади установили огромный чан с водой на случай пожара. Лет за пять до конца XIX века через Алексеевскую площадь прошла линия конно-железной дороги, а ещё двадцать лет спустя сюда же протянули первую трамвайную линию, которая шла по Заводской и вначале обрывалась, не доходя до площади, а немного позже – обогнула сквер и стала спускаться к Волге.

Дома, расположенные на площади, тоже неоднократно перестраивались, меняли свою этажность, хозяев и назначение. Например, расположенный в северо-западной части площади бывший Аннаевский, угловой, дом был когда-то двухэтажным, впоследствии его нарастили ещё тремя этажами. А в юго-восточной части площади и вовсе стояли два двухэтажных дома разной высоты, сегодня превратившиеся в один дом с общей кровлей.

В северо-восточной части площади, когда-то размещались квартира и канцелярия губернатора. Окна губернского начальника выходили на улицу, по которой летели пролётки, грохотала конка, спешили по своим делам самарцы и те, кто, приехав в Самару из других городов, тоже останавливались на Алексеевской площади, в расположенных здесь гостиницах и номерах.

По утрам мимо губернаторских окон проходил один и тот же старик, в фартуке, с бритым подбородком и седыми усами. На голове он носил лоток с товаром и время от времени покрикивал: «Икра зернистая!..». Весенними вечерами, пред Пасхой, через площадь медленно двигались огоньки идущих из Вознесенского собора.

В начале 1860-х годов здесь установили большие часы с боем. Специально для часов была сконструирована деревянная башня-постамент высотой 8 сажен (это примерно 40 метров). Часы простояли здесь около 15 лет, пока их не перенесли на колокольню Троицкой церкви.

В юго-восточной части площади, рядом с домами Юрина и Костерина, часто останавливались заезжие зверинцы и музеи-паноптикумы, в которых демонстрировались восковые фигуры и заспиртованные уродцы. Для демонстрации всех этих чудес и ошибок природы раскидывались временные балаганы, возле которых постоянно толпились мальчишки, которые делились впечатлениями и изображали увиденное. Здесь же находились меняльные лавки и извозчичья легковая биржа, позже переместившаяся на северную сторону площади.

Алексеевская площадь часто оказывалась в центре то более, то менее бурной самарской жизни. Здесь долгое время проводились народные торжества и гуляния. Площадь была свидетельницей праздников и печальных событий. В сентябре 1879 года здесь, на Алексеевской, самарцы устроили торжественную встречу полка, вернувшегося с русско-турецкой войны. А четверть века спустя, в 1906-м, через площадь проходила траурная процессия – самарцы прощались с губернатором Блоком, погибшим от бомбы террориста. Говорят, что когда губернатора проносили через площадь, одна из наспех сделанных стремянок, на которые взгромоздились те, кто хотел увидеть все своими глазами, надломилась и рухнула. Начиналось новое столетие – столетие великих жертв и великой крови. Красным после Октября 17-го года стал и асфальт на бывшей Алексеевской.

Новое время расставило свои точки над «и». Откроем «Коммуна» от 5 февраля 1924 года. Опубликованная в ней заметка называется «Где шьют сапоги»: «Площадь Революции, угол Советской. Был купеческий банк, рядом гостиница, а теперь железный красный ярлычок: «Фабрика готовых изделий Самкожтреста». Тут кроят, обминают вытяжки, формуют, чернят сапоги для рабочего класса. 864 пары сапог шьют в месяц шьют в этой мастерской. Будет, в чем идти в завтрашний день рабочему человеку!».